Черная дыра
Литературный журнал


    ГЛАВНАЯ

    АРХИВ

    АВТОРЫ

    ПРИЛОЖЕНИЯ

    РЕДАКЦИЯ

    КАБИНЕТ

    СТРАТЕГИЯ

    ПРАВИЛА

    УГОЛЕК

    КОНКУРСЫ

    FAQ

    ЖЖ

    РАССЫЛКА

    ПРИЯТЕЛИ

    КОНТАКТЫ


Самира  Кузнецова

Пять минут

    - Здравствуйте,- сказал он, я посмотрела и... бац!- кусочки пазла сложились в единое целое. Тот недостающий кусочек, который я искала много лет в чьих-то объятиях, рваных рисунках чужих дорог и жизней, вдруг упал мне в ладонь. Мне стало светло и тепло. Кусочек был оранжево-золотистым, как солнце.
     Человек что-то мне говорил и очень много курил, а я смотрела на него, не разбирая слов и звуков, впитывала то непостижимое ощущение глупого неконтролируемого счастья просто от того, что он сидел напротив и смотрел на меня ставшими вдруг в минуту родными глазами.
    
     Виля прочла написанное, откинулась в кресле и задумалась. То, что она написала, никогда не удавалось ей пережить. Не встречала она такого мужчины, при виде которого лёгкой и осмысленной становилась жизнь.
    
     У Вильки была мечта - написать роман. Или, на крайний случай, повесть. Писать ей удавалось, несколько раз печатали в газете, хвалили журналисты, говорили: «Пишешь ты, Виля, мило и приятно, нежно и трогательно. Слово у тебя дышит», но ей хотелось написать так, чтобы почувствовал читатель всё, что заставляло её браться за ручку и писать много и подолгу, забывая какой на улице день и время суток.
    
     А потом забрасывала, всё казалось ей банальным и глупым, она размышляла о таком тёплом бабском счастье, которого у неё никогда не было, и с сарказмом звала себя «писатель». Подруги увлечения её не одобряли, даже не то чтобы не одобряли, а просто смотрели на это, как на девичью шалость и говорили: «Вот выйдешь замуж да родишь ребёнка, тогда тебе не до статей будет. И не до романов». Виля слушала и странно улыбалась. Потому что знала- не сможет не графоманить. Не сможет. Да и замуж ещё неизвестно, выйдет ли.
    
     Не подумайте, что мужчины у Вильки не было. Был мужчина. И до него мужчины были. Только не задерживались. Сначала юная Вилька не знала, как себя вести надо и открывала свою душу. Заглядывали они туда, а там видели огромую бездну любви. Такую чёрную и непокоримую, что собирали свои вещи и пропадали в череде дней, воркуя рядом с простыми и понятными подругами. Очень это Вильку удивляло и расстраивало. Больно было от одиночества и от непонимания, а потом свыклась . Стала с мужчинами всё больше о земных вещах разговаривать. Перестала рассказывать о ночных полётах, видениях и стихи свои больные, выплаканные перестала показывать. Даже называть себя стала не Виолетта, как родители назвали. А коротко и ёмко- Вилька. Изменив имя, и внешне будто бы поменялась, стала Вилька обыкновенной девушкой 25 лет. Среднего роста, каштановые волосы, карие глаза. Обыкновенная. И мужчина у неё был среднестатистический. Пиво, машина, гараж, рыбалка. Полный набор. Наконец, смирилась Вилька, что роман не напишет больше никогда, что удивительное не приключится. То удивительное, чего всегда с замиранием сердца ждала с раннего детства.
    
     И лишь иногда, вдруг, писала Вилька, Виолетта Романовна, странные вещи. Испытывать ей их не приходилось, а писала будто о себе. Кусочки какой-то большой книги, кусочки чьей-то затерянной жизни. И после того, как напишет, приходило чувство удивительнейшего покоя и одновременно желания жизни. Яркой, в фиолетово-оранжевых огнях, жизни.
    
     13 января, когда отмечают старый новый год, Вилька вышла в магазин за шампанским. Всё было готово, а вот шампанское купить забыла.И попросить некого, Сашка обещал попозже зайти. Набросила на плечи старое пальто и выбежала во двор. А когда возвращалась, сосед на своём грузовике неожиданно вырулил. Не успел нажать на тормоз. Заблестели в свете фар кусочки разбитого стекла и запенилось шампанское. «Розового что ли цвета?» - успела подумать Вилька.
    
     Стало темно.
    
     Когда очнулась, в голове было тяжело и пусто. Рядом возвышались серые пятиэтажки хрущёвского типа, где-то далеко лаяла собака. Похоже, было раннее утро. Окна темно молчали, только в одной квартире виднелся тусклый свет. Двор был незнаком, Вилька решила сходить и постучать в квартиру, в которой горел свет. Нажала кнопку звонка. Дверь открыл босой мужчина в халате. Он, не сказав ни слова, распахнул дверь пошире, предлагая войти. Вилька поёжилась, но вошла. Квартира была пустая, без мебели, на полу белый кафель в грязных подтёках. Из крана капала вода неопределённого цвета. В середине комнаты стоял стол. Трое мужчин и женщина играли в карты
    
     - Сыграешь?- спросила жуткого вида женщина без передних зубов и подмигнула.
     - Я только в дурака умею.
     - Ну давай в дурака, коли так.
     На удивление, мужчины и женщина играли в карты тихо, изредка посмеиваясь, даже не обманывали. Курили вонючие сигареты «Астра», сплёвывая сквозь зубы на грязный пол.
     - Мне уже идти пора,- сказала Вилька.
     - Иди, -лениво отозвались они.
    
     Вилька повернулась к выходу. Двери не было. Вообще. И даже следов её не было. Хотела задать вопрос, но посмотрела на торжествующие лица своих компаньонов по игре в дурака и промолчала. Женщина хитро улыбалась, обнажая беззубые дёсны, один мужчина пускал дым в потолок, усмехаясь, второй почёсывал обросшие щёки. И только третий немного сочувственно смотрел на Вильку, теребя воротник старого потёртого плаща. Этот третий стричок вдруг напомнил ей дворника дядю Мишу, с которым она часто здоровалась.
    
     - Мне домой надо, - жалобно сказала она. Меня мужчина ждёт.
     - Хорошо, когда ждут, - сказал Второй и сплюнул.
     - Точно, - безразлично отозвалась женщина
     А Третий опять доверчиво и жалостливо на неё посмотрел. Но Первый дал ему подзатыльник, и дедушка, опустив глаза, стал снова теребить воротник плаща.
    
     -Я сейчас в окно выпрыгну, - закричала Вилька и вскочила на подоконник. Посмотрела вниз, зажмурила глаза и прыгнула. Прошло несколько секунд, она ждала боли, но мягко села в сугроб. Посмотрела на тускло светящееся в утренних сумерках окошко и заплакала. Ей хотелось домой, в тёплую постель, хотелось съесть винегрета, выпить шампанского и заснуть под боком у своего мужчины. Но вокруг был лишь только снег, хмурые пятиэтажки и опять откуда-то издалека доносился собачий лай. Вилька укуталась в пальто и решила пойти поискать людей и телефон, чтобы позвонить Саше, сказать, чтобы забрал её отсюда.
    
     Здесь повсюду были эти странные пятиэтажки. В городе Вилька жила давно, а таких домов не встречала. «Где же я? »- впервые в голову пришёл запоздалый вопрос. «Где же я? Мама, где я? Где я, я сплю или нет? Если сплю, Господи, дай мне сил проснуться.»
    
     Рядом притормозила старая машина, такие она видела в кино про немецкий патруль.
     - Чего Вы ходите здесь одна? –строго спросил мужчина, выглядывая из окошка машины.
     - Мне домой позвонить надо, я потерялась.
     - Садитесь, я Вас отвезу.
    
     Он привёз её в какое-то учреждение («наверное милиция» -подумала Вилька), небольшое серое здание с зарешеченными окнами. Оставил в коридоре («Подождите тут»). Вилька устало опустилась на свободную скамейку. Рядом с ней сидела пожилая, аккуратно одетая женщина с сумочкой в руках. Напротив сидел бледный мальчик с родинкой на шее, он не по-детски серьёзно на неё смотрел, не произнося ни слова. «Ненавижу эти государственные пыльные конторы»- подумала Вилька. «Ещё и очередь вон какая». Однако очередь проходила довольно быстро.
     - Вы не скажете, долго ещё ждать? - спросила она у бабульки
     Та высокомерно посмотрела на неё из-под очков и промолчала.
     «Странные все какие»-буркнула себе под нос Вилька.
    
     Вскоре очередь перед ней закончилась, и Вилька прошла в кабинет. За столом сидел мужчины неопределённого возраста, в очках с толстыми линзами. Неприятно улыбаясь, указал ей на стул.
     - Фамилия, Имя, Отчество,- скороговоркой проговорил он
     - Светлова Виолетта Романовна
     - Год рождения
     - Тысяча девятьсот семьдесят девятый.
     - В браке состояли?
     - Нет
     - Дети?
     - Нет
     - В политических партиях?
     - Нет
     Ей показалось, что мужчина осклабился. Немного нервно спросил:
     - Какой религии придерживаетесь?
     Вилька подумала.
     - В Бога верите? - повышая голос, спросил мужчина
     - Ну да.
     - Ну да,- язвительно протянул мужчина и протянул ей карточку. Можете идти.
     - Куда?
     - Вам покажут.
     Когда она вышла, услышала недовольное: «Для чего живут?».
    
     Вилька посмотрела на карточку. На пожелтевшей грубой бумаге было написано «Светлова В. Р. 1979. Группа 6/4 В. Порядковый номер 3009».
     «Надо же и порядковый номер дают.»
    
     - Куда мне идти?- спросила она проходившую мимо женщину в сером халате.
     - Туда, - махнула она рукой в направлении коридора.
     - А можно здесь откуда-нибудь позвонить?
     - А оно Вам надо?
     - Конечно, надо, что же Вы такое говорите?
     Женщина лениво ухмыльнулась: «Звоните» и кивнула на телефон.
    
     Тууууу. Тууууу. Тууууу. Сашенька, ну возьми трубку, Сашенька.
     - Алло, - сонно ответили.
     - Саша, это я, милый мой, Саша
     - Алло, говорите, Вас не слышно.
     - Это я, Саша, я потерялась, заблудилась, приезжай за мной.
     - Вас не слышно, говорите.
     - Саша.
     - Перезвоните.
     Ту-ту-ту-ту.
    
     Женщина в сером халате довольно усмехнулась.
     - А чему Вы радуетесь? - вдруг зло сказала Вилька.
     - А я и не радуюсь, - ответила женщина.- Пройдёмте со мной, Вам одежду выдадут.
    
     В маленьком сыром помещении ей выдали серый халат и серую косынку. На халате было написано «Группа 6/4 В. Порядковый номер 3009».
     - Я что в тюрьме?- визгливо прокричала Вилька женщине.
     Та непроницаемо посмотрела и ответила: «Нет».
    
     Вильке показали её комнату. Небольшая, с четырьмя кроватями. На двух из них сидели женщины в серых халатах, о чём-то беседуя. С интересом посмотрели на Вильку.
     - Новенькая? Привет.
     - Здравствуйте.
    
     Вскоре позвали на обед. Ели серую овсяную кашу, запивали тёмным чаем, женщины сидели отдельно, мужчины за своими столами. Изредка переговаривались.
     - А мне завтра на переучёт, - похвасталась толстая женщина справа.
     - Ой, да ты что, ну наконец-то. Сколько ждала?
     - Два месяца.
     - Ну вот и здорово.
     Женщины оживились, защебетали.
     Мужчина в полосатых штанах и в серой вязаной шапочке вдруг громко сказал:
     - Чему радуетесь, дуры? Что после переучёта будет, знаете?
    
     Женщины вдруг озябли, притихли. Тоскливо посмотрела толстая женщина, скривила рот в приближающемся рыдании. Соседка погладила её по плечу.
     Другая женщина с рыжими волосами вдруг зло крикнула в сторону мужчин : «А не хватит ли стращать, Митрофаныч? Ты что ли был там? Всё одно не сереть тут в ожидании. Что будет, то будет»
    
     Вильке стало страшно. Она схватила за рукав соседку: «А мне долго ждать?»
    
     Та посмотрела немного удивлённо.
    
     - Дети есть?
     - Нет
     - Замужем?
     - Нет
     - Привлекалась к уголовной ответственности?
     - Нет
     - Ну тогда скоро тебя позовут. Чего думать-то? Лет тебе сколько?
     - Двадцать пять.
     - Молодая...Позовут скоро.
    
     Вечером женщины в комнате долго разговаривали о детях. Та, что постарше, всё переживала, как там Колька, гриппом не так давно переболел, смотрят ли за ним.
     «Наверное, по лужам бегает, а поругать некому» - охала она
     - Да, - вторая поддакивала.- Мужикам не всё ли равно.
     Была в её голосе стальная уверенность, что все мужчины-сволочи. Обычно Вилька начинала спорить, что не все одинаковые, что нельзя всех под одну гребёнку, но вспомнила злого Митрофаныча из столовой и промолчала. Подумала почему-то, что Сашку она любила какой-то братской любовью, заботилась о нём, засыпала рядом с ним, а огня никогда не было. «Бывают ли на свете такие мужчины? Сильные и смелые. Чтобы встретить и понять- это на всю жизнь. Навсегда. Мне не встречались». С этими мыслями Виолетта уснула.
    
     Утром в комнату громко постучали. Вошла женщина, похожая на военную, с ней мужчина в какой-то незнакомой серой форме. В руках он держал длинный список.
     - Светлова Виолетта Романовна
     - Это я.
     - Соберите постель и выходите.
    
     Вилька убрала постель и с холодком внутри вышла из комнаты.
     -До свидания, - сказала она женщинам.
    
     Те жалко улыбнулись : «Прощай»
    
     Вильку вывели из учреждения, дали в руки знакомую карточку, открыли скрипящую железную дверь во дворе и сказали: «Иди в корпус двенадцать семь».
    
     Дверь поспешно захлопнулась у Вильки за спиной. Тёплый ветер дотронулся до щеки. В учреждении было черезчур сыро, а тут тепло. Вилька ступила босыми ногами на песок ( в учреждении забрали туфли), вспомнилось забытое ощущение из детства, когда папа возил на море в Крым. Там был такой же теплый и приятный песок.
     Недалеко друг от друга стояли маленькие домики, типа бунгало, с написанными на них номерами. Возле домика с номером двенадцать семь стояла маленькая зелёная скамеечка, как на бабушкиной даче, и Вилька не удержалась, села на неё. В воздухе пахло яблоками.
    
     Она осторожно постучала в дверь, ей открыл презабавнейший старичок. «Старичок-Боровичок»- вдруг вслух сказала Вилька. Он рассмеялся, и Вилька вместе с ним.
    
     «Проходи, милая»- сказал он . Усадил её на диван. «Пойду я чайку приготовлю. А ты пока посмотри». Он включил телевизор.
    
     На экране какая-то маленькая девочка с косами пела песню. Рядом хлопали, видимо, родители. Девочка наряжала новогоднюю ёлку. Вот другая девочка лет пяти купается в море. Звонко хохочет, высоко в небо летят брызги, папа носит её на плечах. «Да это же мой папа»- подумала Вилька. «И девочка это я. Кто же меня снимал?»
     Вот Вилька идёт в первый класс. Банты больше, чем её голова. «И синий ранец мой, точно мой!»
     Вот 13 лет, первое свидание с Вовчиком из девятого Б, первый поцелуй. Вилька ещё раз подумала, кто мог это снимать, и вдруг стало очевидно, кто...
    
     Потихоньку бежала по экрану короткая Вилькина жизнь. Её увлечения, лектор из института, ссора с лучшей подругой. Розы на асфальте- Сашка придумал когда-то. Исписанные мелким почерком странички из тетрадки. Незаконченный да и не начатый роман.
     Новый 2004 год. Дед Мороз под ёлкой. Подарки на Рождество. Шампанское из пластиковых стаканчиков на работе. Вилька загадывает желание - влюбиться в того, кто сделает жизнь осмысленной, и написать роман, который перевернёт души читателей. «Как смешно и глупо. Как наивно».
    
     Старичок-Боровичок подошёл сзади. Положил на плечо мягкую ладошку.
     - Не расстраивайся.
     - Короткая и глупая у меня была жизнь. Не увидела чего-то главного, не успела разглядеть. Можно мне заглянуть туда опять? Попрощаться?
    
     Старичок задумался.
    
     - Вообще-то мы такого не делаем, но я дам тебе пять минут. Только пять минут.
     - Спасибо.
    
    
     Сильный удар в грудь вдруг заставил открыть глаза. Болела правая рука и где-то внизу. Над головой стоял человек в белом халате. Молодой и очень встревоженный. Он что-то громко говорил, кого-то звал. «Поздно, поздно, успокойтесь»- сказал чужой голос. «Мы её потеряли».
    
     Вилька посмотрела на молодого врача и... бац!- кусочки пазла сложились в единое целое. Тот недостающий кусочек, который она искала много лет в чьих-то объятиях, рваных рисунках чужих дорог и жизней, вдруг упал ей в ладонь. Стало светло и тепло. Кусочек был оранжево-золотистым, как солнце.
     Человек что-то говорил, а она смотрела на него, не разбирая слов и звуков, впитывала то непостижимое ощущение глупого неконтролируемого счастья просто от того, что он смотрел на неё ставшими вдруг в минуту родными глазами.
    
    

Ведение бухгалтерии